Многие почему-то любят рассуждать о доброте, сострадании и человечности так, будто человек рождается с готовым набором этих качеств. Но новорожденный не бывает ни добрым, ни злым. Он рождается с единственной задачей — выжить. И только жизнь постепенно учит его замечать, что рядом существуют другие люди со своими чувствами, переживаниями и интересами.

Попробуйте вспомнить человека, которому всегда всё доставалось легко. Без отказов, потерь, разочарований и серьезных ограничений. Велика вероятность, что вы обнаружите вовсе не доброго и мудрого человека, а обычного эгоиста или инфантила, которому весь мир что-то должен. Потому что сочувствие не возникает на пустом месте, а появляется только после собственного болезненного опыта.

Конечно, нельзя сказать, что все великие страдальцы непременно становятся святыми. Многие, наоборот, ожесточаются. Но одно можно утверждать почти наверняка: человек, который сам никогда не проходил через серьезные испытания, вряд ли сможет по-настоящему понять чужие страдания. А значит, и искренне сопереживать ему будет гораздо сложнее.

Поэтому, как ни странно это звучит, главный воспитатель доброты, сопереживания и внимательности к другим людям — вовсе не Луна, а Сатурн. Так как именно Сатурн создает нам наибольшие проблемы в социальном развитии. Именно Сатурн ограничивает, наказывает, лишает внимания, оставляет человека беспомощным, в одиночестве.

Забота Луны легкая, простая, заметная и всем понятная: накормить, напоить, приласкать или раздать мелочь на паперти. Но как только такая забота входит в конфликт с личными интересами, она быстро улетучивается.

Многие готовы купить пачку «Вискаса» бездомному котенку, но далеко не многие готовы его приютить или найти ему безопасное пристанище. Потому что далеко не многие понимают, что значит быть бездомным, холодным и никому не нужным куском одиночества.

Кто-то может возразить: «Но ведь дети гораздо заботливее. Они постоянно тащат домой котят и щенков». Однако чаще всего это не сострадание, а родительский инстинкт, любопытство и элемент игры. Пока животное вызывает восторг — его хочется спасать. Но когда появляются ежедневные обязанности: уборка лотка, кормление, выгул и т.д., энтузиазм быстро исчезает. Именно поэтому немало вчерашних «спасенных» животных снова оказываются на улице.

Но Сатурн формирует совсем другой уровень заботы. Не тот, который рождается из умиления, а тот, который вырастает из собственного тяжелого опыта. Человек, однажды переживший серьезную потерю, болезнь, предательство или длительное бессилие, начинает иначе смотреть на чужие проблемы. Он уже не жалеет формально. Он чувствует это по себе.

Именно поэтому алкоголик нередко лучше понимает алкоголика, человек с тяжелым заболеванием — другого тяжелобольного, а многие психологи, врачи, волонтеры и сотрудники благотворительных организаций приходят в свою профессию после собственных кризисов, потерь и испытаний. Личный опыт становится не просто воспоминанием, а инструментом, который позволяет по-настоящему помогать другим.

По этой же причине многие идут в спасатели, пожарные, полицию или медицину. Очень часто за таким выбором стоит не случайный интерес к профессии, а личная встреча с бедой. Когда однажды кто-то спас тебя или, наоборот, когда рядом в самый тяжелый момент никого не оказалось.

Любое отношение к чему-либо формируется через опыт и способность находить сходство между собой и тем, что находится перед нами. Чем меньше у человека жизненного опыта, тем уже круг того, с чем он способен себя ассоциировать.

Именно поэтому маленький ребенок легко привязывается к щенку или котенку. Они тоже дети, тоже маленькие, беспомощные и зависят от взрослых. Так же просто он начинает заботиться о кукле, потому что она напоминает маленького человека, то есть его самого. Но попробуйте заменить куклу на куски пластика, ткани и резины, из которых она сделана. Желание заботиться мгновенно исчезнет. Потому что исчезнет сама ассоциация.

По этому же принципу устроено и отношение к людям. Если человек лично никогда не сталкивался с бедностью, тяжелой болезнью, потерей близких, одиночеством, предательством или беспомощностью, то все эти слова остаются для него абстракцией. Он может понимать их умом, но не чувствовать. Между ним и чужой бедой еще нет внутреннего моста.

Но однажды жизнь меняется. Человек сам проходит через кризис. И вдруг оказывается, что за сухими словами скрываются вполне реальные чувства, которые он теперь знает изнутри. В этот момент возникает новая ассоциация: «Я знаю, каково это». Именно она и становится основой настоящего сострадания.

Получается любопытная вещь. С возрастом мы приобретаем не просто знания или навыки. Мы постепенно расширяем круг существ, людей и ситуаций, в которых способны увидеть самих себя. В детстве человек переживает только за себя и тех, кто очень на него похож, — таких же маленьких и беспомощных. Но по мере взросления он начинает понимать друзей. Потом — родителей, особенно когда появляются собственные дети. Потом — стариков. Потом — незнакомых людей.

Поэтому взросление — это не только накопление знаний. Это постоянное расширение границ собственного «я». Чем шире этот круг, тем больше способность понимать других людей. И наоборот, чем он уже, тем проще делить мир на «своих» и «чужих», «нормальных» и «не таких».

Именно поэтому Сатурн оказывается одним из главных воспитателей личности. Он постоянно расширяет этот круг, заставляя человека проживать то, что раньше существовало лишь в виде чужих рассказов. И чем больше такого опыта, тем меньше остается равнодушия и тем труднее пройти мимо чужой беды.

При этом опыт далеко не всегда должен быть прямым. Совсем не обязательно самому стать наркоманом, чтобы понимать трагедию наркотической зависимости. Представьте мать, которая потеряла сына из-за передозировки. Каждый раз, когда она слышит очередную историю о наркотиках, она переживает не столько за самого зависимого, сколько за его родителей, жену, детей, друзей. Она слишком хорошо знает, через что им, возможно, придется пройти. Ее сострадание рождается не из общего жизненного пути с наркоманом, а из собственного опыта потери.

Именно так и усложняются наши ассоциации. Со временем человек начинает видеть не только саму ситуацию, но и всю цепочку человеческих судеб, которые за ней стоят. Он уже понимает, что болезнь касается не только больного, авария — не только пострадавшего, а зависимость разрушает жизнь не одного человека, а целой семьи.

Важно понимать, что ассоциации бывают разного уровня. Самый простой уровень — внешнее сходство. Более сложный — сходство переживаний. Еще более высокий — сходство жизненных механизмов, когда человек узнает знакомые закономерности даже в совершенно чужой ситуации. Именно поэтому опыт далеко не всегда должен совпадать буквально. Достаточно, чтобы совпадал внутренний смысл происходящего.

Чем выше уровень таких ассоциаций, тем шире способность понимать других людей. Именно этот процесс и составляет одну из важнейших сторон психологического взросления. Поэтому сострадание — это не врожденное качество характера, а навык, который постепенно развивается вместе с человеком.